Базилид (Даже лошади стали)

Кузмин М.


Даже лошади стали мне слонов огромней!
Чепраки ассирийские давят
Вспененных боков ущелья,
Ужасен зубов оскал!..
И ливийских солдат веселье,
Что трубой и горлами вождя славят,
Тяжело мне,
Как груз сплющенных скал.

Я знаю, что был Гомер,
Елена и павшая Троя.
Герои
Жрали и дрались,
И по радуге боги спускались...

Муза, музища
Плоской ступнёй шагала,
Говоря во всё горло...
Милая Музенька
Пальчиком стёрла
Допотопные начала.
Солнце, ты не гори:
Это ужасно грубо,
- Только зари, зари, -
Шепчут пересохшие губы, -
Осенней зари полоской узенькой!

Сегодня странный день.
Конечно, я чужд суеверий,
Но эта лиловая тень,
Эти запертые двери!
Куда деваться от зноя?
Я бы себя утопил...

(Смерть Антиноя!)

Но ужасно далёко Нил.
Здесь в саду
Вырыть прудок!
Будет не очень глубок,
Но я к нему приду.
Загородиться от всего стеною!

Жизнь, как лёгкий из ноздрей дымок,
Голубок,
Вдали мелькнувший.

Неужели так и скажут:
"Умер"?

Я не боролся,
Был слаб,
Мои руки - плети,
Как неграмотный раб
Слушал набор напыщенных междометий.

И вдруг
Мимо воли, мимо желаний,
Разверзся невиданных зданий
Светозарный ряд,
Из бледности пламя исторг.
Глашатаем стал бородатый бродяга,
И Знание выше знаний,
Чище любви Любовь,
Сила Силы сильнейшая,
Восторг, -
Как шар,
Кругло, круто.
Кричаще, кипяще,
Кудесно меня наполнили.

До домного до дома,
До тронного до трона,
До звона, громозвона
Ширяй, души душа!

Сила! Сила! Сила!
Напряжённые мышцы плети!

Громче кричите, дети,
Красный бросая мяч!
Узнал я и смех и плач!
Что Гомер?
Сильней лошадей, солдат, солнца, смерти и Нила, -

Семинебесных сфер
Кристальная гармония мира меня оглушила.

Тимпан, воркуй!
Труба, играй!
Вой, бей!
Вихрь голубей!
Орлов клёкот!
Стон лебедей!
Дух, рей,
вей, вей,
Дверей
Райских рай!
Рай, рай!

1917